Данный текст является своеобразным манифестом пока ещё не сформированной патриотической оппозиции. С этой точки зрения он продолжает замечательную работу А.А. Зиновьева «Манифест интеллектуальной оппозиции», написанный в самом начале перестройки. Эту работу любил мой учитель В.В. Давыдов, считая, что выдвинутая в данном документе идея А.А. Зиновьева критики и выявления оснований всякого решения власти заслуживает самого серьёзного внимания.

Основная проблема того, что сегодня есть в США, и чего нет в России, – это наличие интеллектуального лидера и интеллектуальной оппозиции, способной сформировать другой тип политического лидерства и политической мыследеятельности – политического мыследействия, политической коммуникации, политического мышления, политической рефлексии, политического понимания и воображения. Выдвигаемые стратегические цели в силу их реалистичности должны реально определять единственно возможный способ продвижения России в будущее. Если они будут ставиться реалистично и правильно, то будут перениматься сегодняшним руководством страны, и в этом случае патриотический лидер будет превращаться в уже сегодня управляющего страной теневого президента. В этом собственно и должна состоять задача создания интеллектуальной оппозиции. Управлять страной необходимо уже сейчас.

Одно дело «звать Русь к топору» или организовывать тайный операционализированный заговор, чтобы, в конце концов, одна группа бесстрашных русских топила в крови и уничтожала другую группу русских, когда из страны уедут все те (кстати, в основном не русские), кто успеет перевести деньги в другие точки мира и посчитает, что их ничего не связывает с этой страной. Отъезжающих людей мало будет заботить особый тип пьянящего чуть с болотинкой запаха и такое покалывание у висков в момент напряжения, которые переживаешь только на родине, в России. Для стерильной, стёршей все подобные ощущения заграницы подобные переживания, конечно же, ничего не значат.

Другое дело, если за счёт специально предпринимаемых действий можно было бы изменить сам общественный климат. Мы не верим и резко выступаем против любого заговора, как бы технично он ни был продуман, и какие бы высокие обоснования не выдвигали его организаторы. Интеллектуальному патриотическому лидеру нужна соответствующая страна, способная развиваться и переосмыслять свои принципы действия. Как и думающей, решившей изменяться стране нужен соответствующий политический лидер. Пришедший на фоне заговора диктатор получит страну, в которой даже во имя самых благих целей необходимо душить и подавлять население, восстанавливая не самомобилизационную экономику, но насильно мобилизационную экономику гулага. Всякие аргументы по типу того, что «мы тогда возьмём в руки средства массовой информации и начнём с утра до вечера промывать мозги населению», не сработают. Мы уже жили при развалившемся и сдохнувшем строе, при котором с утра до вечера по телевизору промывали мозги. Подобное промывание оказалось весьма неудачным, малоэффективным.

Задумайтесь на минутку, патриоты, почему почти геббельсовская пропаганда Киселева, Доренко, Караулова со специальными ловушками и подставами для третьего класса бывшей советской школы – срабатывает? Механизм из 90% правды и одной самой страшной маленькой-маленькой лжи воспринимается населением. Совершенно очевидно, что господин Караулов выявлял в течение полутора лет «страшную» правду о российской власти, формируя доверие у 90 процентов населения, чтобы продать «окошечко» своей телевизионной передачи в решающий момент избирательной кампании и чтобы покупающий мог использовать этот доступ к сознанию для решительного удара по коммунистам. Такая политтехнологическая игрушка дорогого стоит! Население само добровольно не выключает телевизор, и мы не видим в городах в знак протеста выброшенные из окон телевизионные аппараты и разорившихся дилеров телевизионного оборудования. Давайте проверим мои слова, дорогие патриоты, и проведём жестокую кампанию – «Ненавидишь то, что показывают по телевизору – выброси телевизор из окна или продай его и вывеси специальный флаг в знак того, что ты продал телевизор и больше им не пользуешься!» Ничего подобного не произойдёт. Почему? Да потому, что более 60% населения уверено, что после советской обезлички можно попробовать разбогатеть в одиночку и повысить свой уровень жизни. Это и есть фундаментальное допущение, структура модели сознания, некоторая ценность, которая по-прежнему греет и воодушевляет огромную группу населения. Да, 30% в это не верит. Но сколько среди этих 30 % неудачников и просто не состоятельных людей! Кто из патриотов хотел бы сегодня возглавить восстание неудачников против всего остального населения? Я не завидую этому патриоту и лично являюсь противником подобного восстания, какие бы при этом не приводились примеры геноцида мирного населения. Поскольку это не волеизлияние населения, перерастающего в народ.

Какой же выход? Только один – сформировать российский образец интеллектуального патриотического политика, способного менять представления в сознании (так называемые mental models), имеющиеся у значительных групп населения. Результатом этих изменений является реальное занятие позиции действующего. Последовательное изменение представлений о мире, справедливом социальном устройстве, целях жизни у различных групп населения – в этом должен состоять предмет политического действия российского политика. Необходимо создать условия для роста политической культуры патриотического лидера вместе с ростом политического самосознания населения перерастающего и самомобилизующегося в народ. Проблема политического лидера в России – это, прежде всего вопрос особой политической пайдейи (педагогического воспитательного процесса), изменения стиля и способов мышления значительных групп населения. Следовательно, основное, что должен делать политический лидер, – это освобождать русский народ от его грехов, его кармы – совершённых им самим преступлений или принятых на себя соблазнов. В этом состоит принцип интеллектуальной духовно-религиозной политики, а не политиканства, приспосабливающегося к сложившимся интересам и инстинктам населения. Никуда не уйдёшь от понимания, что значительная часть населения сбросила с себя мировую ответственность России за создание более справедливого социального порядка, которая в закамуфлированной форме реализовывалась СССР. Русские люди отказались сначала от служения Государю, затем вторично отказались от выполнения миссии своей страны во всём мире. Конечно же, эта проблема и этическая, и религиозная – и поэтому мессианская, связанная с ролью и функцией православного царства восточного христианского обряда в мире. При этом конкретное воздействие России на изменение мирового порядка требуется уже сегодня, сейчас. Россия была и есть мировая держава, и перестать ею быть Россия может только через геополитическую катастрофу – распад страны или изничтожение тысячелетнего русского языка. Поэтому цель – сделать из России мировую державу на уровне заложенного в эту фразу мыслительного допущения – предполагает обеспечение сначала доламывания страны вплоть до её полного распада. Формирование нового образца современного патриотического политика, интеллектуального и духовного, который может предсказывать, что с населением страны произойдёт, если оно будет делать неверные решения, – в этом основная задача патриотической оппозиции. С этой точки зрения, мы осознанно противопоставляем себя технологизированному и замещённому политику, за которого всё делают политтехнологи, манипулируя общественным сознанием. Нас интересует возврат к трагической и исходной для европейской цивилизации фигуре Сократа, человека, способного искать истину и говорить населению полиса не то, что оно хотело бы слышать, а правду, взрывая и взламывая допущения, стоящие за системами политического выбора населения. С точки зрения традиционного архетипического восприятия власти в России, патриотический политик должен стремиться приблизиться к позиции православного святого, как сказал бы Е.Л. Шифферс, прилепиться к обведённому месту прорастания святого в поле духовного богообщения, принимающего ответственность за бессмертие страны и его населения, выносящего суждения не только исходя из сиюминутной ситуации, но и из загробного измерения, с точки зрения вечности. Говоря о святом, мы имеем в виду прежде всего Сергия Радонежского, благословляющего Дмитрия Донского на ратный подвиг, и Серафима Саровского, через послушницу которого блаженную Пашу царица Александра Фёдоровна родила наследника последнего русского государя Николая II.

Мы очень часто встречали у групп, которые определяют себя как патриотические, мазохистский способ мышления – надо сделать сначала себе как можно хуже, что вызовет распад других государств, и именно этот фактор использовать как мобилизационный для организации населения1 . Подобный стиль мышления безусловно обнаруживает определённое интеллектуальное и волевое бессилие.

В чём же должны состоять стратегические цели патриотической оппозиции сегодня? Их на наш взгляд всего пять:

1. План действий на случай глобального финансового кризиса. Создание единицы пересчёта валют. Разработка проекта Евразийского инвестиционного банка, обеспечивающего выдвижение и реализацию крупных инфраструктурных проектов.

2. Выдвижение новых инфраструктурных проектов (энергетических, транспортных, космических, информационных) при опоре на развитие науки и создание новых прорывных технологий.

3. Евразийская миссия России, основанная на передаче технологий из Европы в Азию, создание коридоров развития, формирование полномасштабных производительных сил, интегрирующих институты науки, промышленности, образования и превращающих каждую страну мира в суверенный субъект мирового развития.

4. Избыточное опережающее образование на основе фундаментальных знаний и молодёжная политика, способствующая выдвижению молодых людей в лидеры различных новых инициативных дел.

5. В столетнюю годовщину создания Советов выдвижение идеи формирования комитетов самоуправления на уровне посёлков и районов городов, способных просчитать необходимые вложения в коммунальную реформу по перевооружению базовых инженерно-технических инфраструктур, обеспечивающих повышение уровня жизни.

Важнейшей проблемой формирования сегодняшней патриотической оппозиции является её отделение от коммунистов по двум важнейшим пунктам. Патриотическая оппозиция не желает восстановления Советского Союза, которым руководит Коммунистическая партия, не желает восстановления социалистической системы просто потому, что это невозможно. Восстановление социалистического государства невозможно, поскольку мир стал не тот. Призрак коммунизма не ходит сегодня ни по Европе, ни по Африке, ни по Америке с Австралией. Но зато по всему миру ходит в виде феномена глобализации финансовая олигархия с бритвой в руке, которую она в любой момент готова приставить к горлу любого народа, если ограбление населения данной страны обеспечит ей рост прибыли, или особенно разграбление данной страны позволит взять под свой контроль энергоресурсы земного шара. Распад мира социализма, как бы мы ни относились к его насильственной казённо-бюрократической сущности, привёл к усилению финансовой олигархии, придушившей разработческо-промышленный капитал. Финансовая олигархия не способна управлять мировым развитием. Увеличивая прибыль, финансовая олигархия движется к банкротству мировой финансовой системы, отбирая у огромных групп населения, в том числе мировой цитадели финансовой олигархии США, занятость, непрерывно снижая уровень жизни. Представители патриотической оппозиции считают, что важнейшей проблемой сегодня является не борьба социализма и капитализма во всём мире, но противостояние финансового капитала и промышленного способа получения национального богатства на основе новых научных открытий, создание с их помощью прорывных технологий и освоение новых знаний, а также знаний о последствиях реализации данных технологий через систему образования. Промышленно-производственный способ получения богатства на основе прорывных инфраструктурных проектов предполагает высокоэффективную систему планирования и программирования, а также развитие общества и рост в нём социального благосостояния, но не предполагает отмену института частной собственности. С точки зрения развития института планирования и программирования, выраженной идеи общественного развития подобного типа строй может быть назван обществизмом, то есть социализмом, если переводить данное слово с китайского или японского (сякайщюги; шехуйджуи). Но сохранение в нём института частной собственности и возможность вознаграждения семей частной собственностью за заслуги, то есть своеобразный меритократизм2  – но не через получение доступа к привилегированной системе образования, как подобный термин понимается в США, а через реализацию крупных прорывных проектов, не позволяет отождествлять данный строй с традиционным представлением социализма. Задача заключается в том, чтобы сформировать такой способ развития мыследеятельности, чтобы финансовый олигархический капитал позволял формировать общественное богатство на основе разработки и реализации крупных инфраструктурных проектов, предполагающих создание новых технологий, а не только за счёт снижения издержек, сокращения занятости при эксплуатации сложившихся бизнеспроцессов.

В этих своих действиях патриотическая оппозиция собирается опираться на национально укоренёный промышленный капитал, заинтересованный в создании новых прорывных производств, в разработке и реализации крупных инфраструктурных проектов, в перевооружении отечественных систем производств. Важнейшей проблемой здесь является разделение владельцев промышленных предприятий на представителей крупного финансового капитала, включивших промышленные производство в систему движения финансового капитала и превративших его в cash machine, и представителей промышленного капитала, заинтересованных в разработке и создании технологий следующего поколения. Речь идет именно о создании технологий следующего поколения, а не об автоматизации и технологизации тех производственных процессов, которые уже сегодня приносят прибыль, – о создании принципиально новых технологий, опирающихся на новые физико-космические феномены и принципы. Но это программа-минимум.

Программа-максимум патриотической оппозиции состоит в восстановлении в России традиционной государственности в виде православной монархии (при уважительном отношении ко всем другим религиям) с включением в их пантеон Государя. Национально укоренённый промышленный капитал, развитие общества, повышение его благосостояния не противостоит династийной наследственной системе власти, но лишь позволяет восстановить священный для русского воинства культ служения Отчизне, Государю, Господу.

Можно утверждать, что, восстановив образовательно-научно-промышленную форму национального накопления общественного богатства, с которой связан национально укоренённый промышленный капитал, а затем династийный принцип наследования власти в Российском государстве, мы, наконец, совершим маятникообразный ход назад к «России, которую мы потеряли», а теперь сможем обрести. Во всём проделанном российской государственностью способе движения с точки зрения подобных двух шагов в одну сторону, а затем движения в другую, мы находимся сейчас в самой опасной и разрушительной точке, предоставив судьбы страны международной финансовой олигархии. Задача патриотической оппозиции состоит в том, чтобы проделать ход, намеченный Лениным, в обратную сторону – вернуться от власти финансовой олигархии к «обществизму», возможному на основе национально укоренённого промышленного капитала, а затем восстановить православную монархию с почитанием другими народами России своих религий. Разломав и разобрав себя, а затем, собрав, Россия будет обладать полным знанием устройства своей государственности, которая имеет две составляющих – социально-базовую, определяющую механизм продвижения общества в будущее, и ценностно-идеолого-антропологическую, определяющую антропологические механизмы соотнесения жителя страны с её руководителем.

Коммунистическая партия является сегодня естественным союзником во взятии власти и создании справедливого социального строя, противостоящему главенству финансовой олигархии. Как ни парадоксально, но у патриотов нет расхождения с коммунистами по стратегическим вопросам, поскольку у коммунистов нет стратегии преобразования мира и страны, кроме тактической задачи – захвата власти. С этой точки зрения именно коммунистам подошёл бы лозунг «КПРФ должна стать мировой партией». Ностальгическое название партии – «коммунистическая» – ничего не выражает. КПРФ не понимает, что единственный способ справиться с финансовой олигархией – это предложить другой, более эффективный способ создания национального богатства подавляющим большинством государств мира, на основе создания новых прорывных технологий и инфраструктурных проектов в промышленности. Проблема не только в нищете значительных групп населения, но в развале во всём мире практики разработки технологий следующих поколений на основе открытия новых физических принципов. Натравить голодных на сытых, завистливых бедных на беспечных богатых на основе возбуждения социальной вражды и розни – это плохая методика взятия власти, а кроме того, представители сегодняшней власти, изучавшие К. Маркса и В.И. Ленина, вряд ли это допустят, повышая на 10 копеек в день пенсии. Задача заключается в том, чтобы стать интеллектуально доминирующей, опережающей силой и через подобную стратегию получить возможность определяющего влияния на молодёжь. Это предполагает выдвижение прорывных целей развития страны, обеспечивающих изменение ситуации в мире.

Можно утверждать, что центр мирового патриотического движения находится сегодня в США, где группа Линдона Ларуша борется за объявление импичмента Чейни и выдвижение Ларуша в президенты на выборах 2004 года. Эти действия важны по многим причинам. Если не блистающий разумом Буш будет переизбран в президенты, то находящиеся возле него советники сначала направят военную машину США на войну с Ираном, затем с Сирией, затем с Россией. Возможно, между войнами с Сирией и Россией ещё появится ядерная война с Северной Кореей как проверка реакции КНР. Группа Л. Ларуша последовательно выявляет состояние мировой финансовой системы, обнаруживая реальное банкротство крупных финансовых семей и групп. Придя к власти, Л. Ларуш будет проводить политику инфраструктурного перевооружения США и создания коридоров развития в Евразии. Но даже если Линдона Ларуша не выберут в президенты США, в ходе предвыборной борьбы можно будет значительно лучше разобраться и понять, как устроен современный финансовой капитал, каковы институциональные формы его конституирования и существования.

Одна из кардинальных опасностей патриотической оппозиции – это остаться исключительно в реалиях собственной страны, своей национальной доморощенности, не понимая и не вглядываясь, что происходит с мировым порядком в целом, не отвечая на вопрос, в чём должен состоять следующий шаг развития мира и всей земной цивилизации. В мир, который существует сейчас, мы уже попали, но он нас не устраивает. Давайте ответим на вопрос, как должен быть устроен с позиции России завтрашний мир. Нам одинаково близки и цели патриотов США, Германии, Франции, скандинавских стран, и цели народов Палестины, борющихся за формирование независимого государства, и цели патриотов Израиля, предлагающих программу создания содружества независимых процветающих государств на Ближнем Востоке, патриотов Ирака, борющихся с международной хунтой под руководством милитаристских кругов США, патриотов Латинской Америки, желающих развивать независимо от США полномасштабные производительные силы. Имея подобное представление о ближайшем шаге развития всей земной цивилизации, можно определять цели и возможности развития страны. Этот завтрашний мир, о чём мы уже писали, предполагает переосвоение всех богатств биосферы, демонстрацию возможности заселения всех зон биосферы евразийского континента и выход в космос на основе новых технологий. С позиций этого шага, с точки зрения приближения к нему или удаления от него, только и должно рассматриваться сегодняшнее текущее управление страной.

Для построения патриотической оппозиции необходимо пройти через несколько стадий отношений «лидер патриотических сил – население». Основная проблема сегодня – это демонстрация населению конструктивной альтернативы деятельности Кремлёвской администрации. В.В. Путин – конструктивный, позитивный лидер, но таким он выглядит только на фоне разрушителя Б.Н. Ельцина. На самом деле В.В. Путин операционализирует и доводит до реалистичности принципы политики, намеченной Б.Н. Ельциным. И политтехнологи Президента в полной мере используют эту ситуацию. В чём состоит действительная альтернатива, которая могла бы остановить продолжающееся вымирание населения? Всего в нескольких принципиальных моментах:

– Более принципиальное, непримиримое отношение России к экспансионистским действиям США по незаконному вторжению в Афганистан и Ирак, созданию баз и консультационных групп из военных советников в Узбекистане, Киргизии, Азербайджане, Грузии.

– Активная деятельность России по построению Евразийского блока, состоящего из Европейского треугольника: Россия–Франция–Германия, и Азиатского квадрата: Россия–Китай–Индия–Иран.

– Признание ошибочными и чрезвычайно близорукими действия В.В. Путина, фактически принявшего пропагандистский лозунг администрации США о «войне против терроризма», позволившего США под прикрытием «войны против терроризма» без получения санкций Совета Безопасности ООН вторгаться на территории любых стран. Обмен, который осуществил Путин: США расправляются с Афганистаном, а затем начинают preemptive war по всему миру, а Россия получает возможность разбираться с Чечнёй – кусочком территории собственной страны, – признать неэквивалентным, попустительствующим «втаскиванию» мирового сообщества администрацией США в новую мировую войну.

– Объявление фиктивной и ложной цели повышения в два раза ВНП без предъявления новых инфраструктурных проектов – своеобразных локомотивов развития промышленности, науки и образования.

– Абсолютно страшной и разрушительной является реформа образования, нацеленная на приближение образования к жизни. Российское образование должно быть избыточным, обеспечивая возможность русским людям ставить идеальные проектные цели, опережающие реальность.

Специально оговоримся. Лично нам В.В. Путин нравится. Он симпатичен как человек, всегда подтянут, имеет военную выправку. Он понимает смысл патриотических символов: когда на одном из венков, возложенным Президентом к Вечному огню, ветер задрал ленты, В.В. Путин встал на колено и поправил ленту. Чувствуется, что В.В. Путин переживает за страну. Следует помнить, что В.В. Путин начал контртеррористическую операцию в Чечне после похабного мира В.С. Черномырдина – А.И. Лебедя. Именно, потому, что нам Путин лично симпатичен и нравится, всё более очевиден общий вывод – тот мировой финансовый порядок, в который вслед за реформами Ельцина оказалась встроенной Россия, русский народ не вынесет. Причём сам этот порядок движется не к преуспеванию и благоденствию, а к распаду. Идеологами ельцинских реформ – Чубайсом, Гайдаром – не был проанализирован общий смысл происходящего. Мировая финансовая система, в которую встраивали Россию, являлась банкротом, и Россия своим материальным богатством, которое разграблялось и вывозилось из страны, поддерживала существование мировой финансовой системы, не позволяя ей развалиться.

Именно в этих условиях, когда мировая финансовая система является банкротом, может складываться весьма своеобразное положение в мировой политике. Решающим фактором оказывается не силовая мощность финансово обеспеченных внешнеполитических институтов государств, о чём пишет О.А. Арин в своих замечательных книгах, посвящённых понятийному анализу внешней политики России и ведущих государств мира, но ультраслабые воздействия, лишь слегка прослеживаемые сигналы, которые могут посылать интеллектуальные группы. Но именно эти ультраслабые воздействия взрывают и снимают с повестки дня деятельность целых политических ведомств. С точки зрения О. Арина, России необходимо перестать считать себя мировой державой – и действовать скромненько в соответствии с возможностями своего внешнеполитического бюджета. О. Арин приводит сопоставительные бюджеты МИДов и внешнеполитических институтов различных государств, определяя соотношение затрат на бюджет внешнеполитических ведомств в отношении к ВВП государства. С точки зрения подобных сопоставительных расчётов, России необходимо перестать тщиться быть мировой державой. Но оппозиционная патриотическая группа может вообще без бюджета в особый период истории – своеобразного излома мировых процессов и приближающейся мировой войны – осуществить действие, изменяющее общую мировую ситуацию.

Нечто подобное делает группа Ларуша. Мы отнюдь не считаем, что нам необходимо стать филиалом группы Ларуша. Нам необходимо создать свою собственную подобную группу. Ларуш, кстати, понимая и схватывая ряд принципиальных вещей, возможно, наиважнейших, – например, роль и функции российской науки в развитии страны, многого не понимает. Он, например, не понимает, как всякий американец, родившийся среди американских сект, роль православных святых в формировании российской государственности. Он не понимает, что последний русский царь, убитый в Ипатьевском подвале, отрекаясь от престола в Гатчине, собирался постричься в монахи и стать патриархом, передавая правление России в руки Богородицы, живой по Успению. Мы, кстати, не видим ничего зазорного в том, чтобы выделить образец политического действия Ларуша как оппозиционного политика мирового уровня и перенести его в Россию, используя при осуществлении операции отечественную методологию.

Ещё одна из кардинальных целей оппозиционной патриотической партии – определить принципы внешнеполитического действия, изменяющего общую ситуацию в мире от лица России и начать в соответствии с этими целями действовать. Это достаточно просто. Например, приезжая в Париж, необходимо заявить, что мы в какой-то мере предали Францию, оставив её на растерзание англосаксонскому Commonwealth, представители которого не могут простить Франции её резкое несогласие в период «горячих» действий войны США в Ираке с позицией администрации Буша-младшего. Приезжая в Китай, необходимо заявить, что наша точка зрения состоит в том, чтобы безусловно поддерживать политику Китая и быть на его стороне к 2010 году, когда возникнет жёсткое противостояние США и Китая. Но за эту однозначность Китай – управляемая жёсткая коммунистическая страна – должен согласовать с нами принципы приграничного сотрудничества и однозначно прекратить незаконную миграцию и заселение Приморского края и Хабаровского края китайцами.

Помимо иного образца политического лидера и другого типа взаимосвязи политический лидер – население, обеспечивающего как рост способности теневого управления страной, так и самовозрастание населения в народ, задача патриотов состоит в том, чтобы изменить само политическое партийное пространство. Основой организации партийного пространства является либо ориентация на роль сильной исполнительной власти для осуществления мобилизационного рывка и продвижения всего российского общества, перевооружение полномасштабных производительных сил, включающих развитие институтов образования, фундаментальной и проектно-разработческой науки, инновационной промышленности, либо ориентация на частную собственность и резкое уменьшение присутствия государства в экономике, свёртывание и даже демонтаж части функций государства. По мысли М.Д. Дворцина, основная оппозиция XXI века состоит в противоречии между тем, что необходимо всем, но чем не владеет до поры до времени никто, и тем, у чего есть частные, точно обозначенные владельцы. Но увеличение прибыли от частного владения не обеспечивает продвижения и развития всех, а с какого-то момента очень даже тормозит. Из весьма важного и насущного характера этого противоречия следует, что России следует научиться жить в стране с жёстким противопоставлением обоих членов данного противоречия и живой борьбой обоих представителей данной оппозиции. Попытка уничтожить физически одного из членов оппозиции приводит к разрушению живого организма страны и превращению его в недееспособный принцип действия. Отсутствие реально зафиксированного личного владения, законной частной собственности порождает скрытую частную собственность, создаёт отчуждение населения от программ развития масштабных инфраструктур. Уничтожение принципа мобилизации населения для развития масштабных инфраструктурных проектов, результаты которых нужны всем и никому в отдельности, усиливает железную хватку финансового капитала. А он, в свою очередь, создает новые технологии только для того, чтобы увеличить прибыль частных фирм, сокращая рабочие места и в аграрном секторе, и в промышленном производстве, и в среднем менеджменте, и в системе социального обслуживания.

Давайте посмотрим, что произошло с американской экономикой после развала СССР. В достаточно познавательной книге «Конец работы» Дж. Ривкин показывает, какие разрушительные эффекты затронули различные сферы деятельности, последовательно лишая работы сначала рабочих малоквалифицированного труда в сельском хозяйстве, вытесняя их из сельских поселений в городские гетто, затем полуквалифицированных рабочих промышленных предприятий, потом квалифицированных рабочих, потом работников сферы услуг и средних менеджеров. Выиграл от подобных процессов только финансовый инвестор, топ-менеджеры и так называемый знаньевый работник, способный создавать запатентованное know how, владелец интеллектуальной собственности. Данный процесс связан отнюдь не с формированием принципиально новых технологий, основанных на использовании новых физических принципов, но с машинизацией, технологизацией, автоматизацией работ, которые с меньшими издержками позволяют произвести больше единиц продукции. «Вспомните, что сразу после Второй мировой войны организованный труд и менеджмент корпораций вступил в горькую серию забастовок по поводу оплаты труда и условий работы. К середине пятидесятых было достигнуто своего рода неформальное признание, которое длилось почти без изменений до середины семидесятых. Труд получил, по крайней мере отчасти, выигрыш от продуктивности, наслаждаясь более высокой заработной платой, выгодами в обмен за обещание трудового мира и кооперации. В течение почти 25 лет реальная заработная плата у американских рабочих росла на 2,5-3% в год. Число рабочих, включённых в план корпоративных пенсий, выросло от 10% в 1950 году до 55% в 1979. Оплата медицинского обслуживания, пропусков по болезни, отпуска также улучшилась.

Выигранные с трудом блага и взаимные «притирки» между менеджментом и трудом стали предметом противопоставлений в конце 1970-х и начале 1980-х. Столкнувшись с жёстким соревнованием за границей и вооружившись всё более усложняющимся набором вытесняющих труд новых технологий у себя дома, а также дешёвым рынком трудовой силы, готовой к использованию в других странах, американские корпорации приступили к согласованному продвижению к ослаблению влияния организованного труда и уменьшению стоимости составляющей труда в экономическом процессе. В течение 1980-х годов почасовая оплата американской рабочей силы уменьшилась в среднем на 4,9%»3 . «В 1980-е более чем 1,5 миллиона рабочих мест менеджеров среднего уровня было элиминировано. В 1990-е их ряды раздулись, включив исполнительных менеджеров верхне-среднего уровня. Питер Друкер говорит, что класс менеджеров начал чувствовать себя, “как рабы на аукционе”. Многие из них увольняются, имея маленький шанс нахождения эквивалентной работы с сопоставимым набором благ. Те, кто нашёл себе работу, часто вынуждены принять драматическое сокращение оплаты и уровня труда»4 . «Более чем 35 % выпускников колледжей были вынуждены устраиваться на работу, которая не требует диплома колледжа, по сравнению с 15% всего пять лет назад»5 .

А вот те, кто получил от этого выгоды: «Хотя революция в области информационных технологий серьёзно подорвала благосостояние получающих зарплату представителей среднего класса и закрыла возможности для молодого поколения рабочих, закончивших колледж и вошедших в состав рабочей силы, она стала благодеянием для небольшой группы ведущих управляющих, которые управляют национальными бизнесами»6 . «В 1989 году 0,5% богатейших фамилий владели 30,3% национального богатства, увеличив его на 4,1% по сравнению с 1983 годом. Занимающий верхний этаж иерархии 1% семей получал 14,1% совокупного дохода в США и владел 38,3% всего национального богатства и 50,3% финансовых активов страны».7  И вот какой вывод делает Дж.Ривкин: «Растущий разрыв в зарплате и благах между ведущими руководителями и остальной американской рабочей силой создаёт глубоко поляризованную Америку – страну, населённую небольшой космополитической элитой живущих в изобилии американцев, включённую внутрь страны побольше с всё более нищающим населением, рабочими и безработными людьми»8 . Очевидно, что социалистические идеалы являлись определённым ограничителем в действиях финансового капитала в «получении прибыли на людях», как характеризует этот процесс другой видный критик либерального капитализма Ноэм Хомский. Развал советской системы снял все удерживающие путы с международной финансовой элиты и превратил США сегодня в ядро амбициозной империи.

Колоссальная проблема состоит в том, что ответственность за опережающее развитие крупнейших инфраструктур страны с позиций государства берёт на себя коммунистическая партия, реально не защищая и не предлагая никаких принципиально новых инфраструктурных проектов и никаких целей развития всего мира. Подобного типа проекты должны опираться на прорывные научно-методологические идеи и представлять позицию интеллектуальной элиты. Коммунисты сегодня, хотя среди них много выдающихся, лучших российских учёных, этой элитой, к сожалению, не являются. И они даже и не пытаются начать вести дискуссии о проектах развития страны. Они говорят о восстановлении старых, изношенных и морально устаревших производств. Война же с представителями финансового капитала ведётся на совершенно другом поле – на поле различения информационных технологий, позволяющих увеличить прибыль имеющих спрос бизнесов и включённых в рынок производств и технологий, основанных на новых физических принципах, изменяющих саму основу существующих практик. Современное мобилизующее государство необходимо именно для осуществления и реализации подобных инфраструктурных программ, а вовсе не для того, чтобы национализировать частные бизнесы и проесть всем населением за один год захваченный национализированный доход. Но ведь если С.Ю. Глазьев и академик Д.С. Львов предлагают национализировать природную ренту, то основной вопрос состоит в том, на что эта природная рента будет пущена. Если просто на увеличение бюджета науки и образования, то любые финансовые поступления в бюджетную сферу могут быть проедены, и окажется, что данных финансовых поступлений оказалось мало. И при этом трудно будет сказать, а был ли получен какой-либо реальный результат?

Поясним эту мысль более выпукло: речь идёт о различении, например, двух достаточно сближенных научно-технологических программ, но принципиально разных. В другой своей очень интересной книге «Гидрогенная революция» Дж. Ривкин в предвестии войны с Ираком обсуждает всё возрастающую зависимость США от потребляемой нефти. Ссылаясь на целый ряд хорошо известных работ, он показывает, что к 2015 году США не сможет себя обеспечить импортируемой из всех стран мира нефтью. И либо придётся снижать потребление и урезать потребности, что американские корпорации и финансовые группы делать не любят и не умеют, либо будут попытки захватывать новые и новые источники нефти и снижать для самих себя цены на нефть. Дж. Ривкин предлагает другой выход – переход на водородные двигатели. Он показывает, что подобные разработки давно ведутся и есть значимые результаты в этой области. Создание водородных двигателей, потребляющих водород и выделяющих в качестве конечного продукта воду, по мысли Дж.Ривкина, позволит резко снизить загрязнение окружающей среды выхлопными газами автомобилей, демократизировать процесс производства и потребления электроэнергии, ликвидировать зависимость развития автомобильного транспорта от использования бензина, освободить развитые страны от давления со стороны авторитарных режимов Ближнего Востока – основных поставщиков нефти. И данная программа, по описанию Дж. Ривкина, выглядит достаточно привлекательной и убедительной. Но она отличается от совершенно другой программы – получения промышленно значимой энергии в результате реакций расщепления ядра или синтеза ядра, внимание к которой уже в течение 20 лет привлекает группа Л. Ларуша, анализируя все более или менее значимые результаты в данной области, или резонансной накачки ядра лазерным облучением – механизм которой был предложен замечательным русским учёным П.Г. Кузнецовым. Подобный тип промышленных реакций нужен не для того, чтобы оторвать экономику США от нефтяной зависимости, но чтобы получить такое количество энергии, которое бы обеспечило полёты человечества на Марс и к другим галактикам. Неслучайно, по данным Дж. Ривкина, созданием водородных двигателей занимаются всё те же «Шелл» и BP. Из этого следует, что уже в настоящий момент крупный финансовый капитал контролирует и планирует в своих интересах процесс перевооружения важнейшей ресурсно-отраслевой сферы. Поэтому никакой революции в этой области, связанной с созданием водородной энергетики не получится, будет специально продуманная операция финансового капитала, реализованная им в своих собственных интересах.

Приблизительно то же самое может быть обозначено и в области биогенетических исследований, например, разработке генетически модифицированной пищи. Огромная разветвлённая индустрия исследований и разработок в этой области была, прежде всего, связана с тем, чтобы получать сорта, устойчивые к природным условиям, к воздействию вредителей, к особому типу гербицидов, которые уничтожают сорняки, но не уничтожают данный вид растения. Но последние (не самые последние, связанные с выращиванием искусственных плодов в пробирке) разработки в этой области позволяют получать искусственно создаваемую биоорганическую тканевую культуру, которая может воспроизводить различные белки, ферменты, органические веществ похожие (говорят, идентичные) на те, которые содержатся в плодах различных растений. Перспектива подобных разработок может состоять в том, что промышленно будет создаваться огромное количество тканевой культуры. Она в виде особой пульпы по трубам будет доставляться на пищевые фабрики, а дальше из них будут изготавливаться с добавлением красителей, ароматизаторов различные продуктовые муляжи, по вкусовым, тактильным и обонятельным характеристикам сильно напоминающие обычные пищевые продукты. Возможно даже, что человек субъективно не сможет различать биосфабрикованный муляж от обычной пищи. В результате подобных глубинных преобразований человечество сможет получить бесконечное число пищевых биоресурсов. Но вся проблема заключается в другом – в определении и диагностике, что за биоресурс человечество в результате получило? Необходимо ответить на вопрос, как искусственно сконструированная пища влияет на человеческий организм, причём эти влияния могут сказываться только в результате достаточно длительного употребления подобной пищи, проявляться через поколение или через два поколения и т.д. Средствами самого биогенетического конструирования, при помощи которого изготавливается генетически модифицированная пища, ответить на данный вопрос невозможно. Для этого должно быть создано значительно более мощное средство. И это средство известно, оно разрабатывается в совсем другом более фундаментальном направлении научных прорывов, связанных с разработками замечательных российских учёных Гурвича, П. Кузнецова, Воейкова, Белоусова, немецкого учёного Александра Попа. Смысл этих исследований состоит в изучении ультраслабых световых излучений, на основе которых может передаваться генетическая информация от одних живых организмов к другим. В работах П. Кузнецова и Казначеева было показано, что если склеротическую ткань, содержащую в себе множество рубцов, облучать фотонами клеток здоровой ткани, то у склеротической ткани может начаться процесс обратной регенерации, соответствующий процессам омоложения. На основании фотонных ультраслабых излучений можно распознавать раковые клетки и отличать их от здоровых, отличать живую пищу, идущую на строительство тканей организма, от системы шлаков, которые забирают у организма энергию для переработки данных шлаков. Генетически модифицированная пища – яблоки и помидоры, которых не берут вредители, но которые и не дают такого аромата, какой исходит от подмосковного коричного, – уже включены в структуру формирования пищевых технологий, проплаченных финансовым капиталом. А биофотоническая революция – это ничейная территория, ещё не проплаченная и не оккупированная финансовым капиталом, поскольку её результаты многим представляются невероятными, хотя феномен биофотоники и лежит в основе того экземплифицированного уникального явления, на основе которого феномены жизни отличаются от феноменов абиотических, то есть неживой природы.

Со стороны патриотических групп нам необходимо выдвижение инфраструктурных проектов, в основе которых лежит действительно фундаментальная энергетическая, биокосмическая революция, которая требует мобилизации научно-методологических, образовательных и промышленных сил. Только в этом случае патриотическое движение будет интеллектуальным лидером, поскольку оно будет знать, в чём заключается следующий шаг технологического и социокультурного развития всего мира и страны. Обычно при обсуждении и рассмотрении фундаментальных научных и технологических прорывов начинают заявлять, что они связаны с идеей прогресса и оторваны от анализа гуманитарных, духовных ценностей. Но это совершенно не так. Следующий фундаментальный рывок можно сделать лишь на основе более высоких духовных ценностей. Потому что операционально ближайшее усовершенствование технологий – не революционное – уже проплачено и освоено финансовым капиталом. Поэтому для того, чтобы действительно вырваться в не занятую, свободную зону, требующую действительного мыслительного прорыва, необходимо опираться на более высокие духовные ценности.

Вся беда сегодняшней коммунистической оппозиции состоит в том, что она не способна поставить подобные цели – стратегического научно-инфраструктурного прорыва следующего уровня. Достаточно вспомнить, как, например, коммунисты ещё недавно ратовали за построение информационного общества и общества знаний, не понимая, что телекоммуникации – это основные средства транснациональной космополитической элиты финансового капитала, которые необходимы финансовой элите для того, чтобы знать стоимость различных денег и денежных дериватов одновременно во всех точках планеты.

Но из подобного анализа следует один очень жёсткий, почти невыполнимый принцип. Патриотическая оппозиция – по отношению к коммунистам – это не просто лидеры, говорящие более жёсткую, нелицеприятную для правящих групп правду, выявляя то, что коммунисты не договаривают, будучи встроенными во власть. Лидеры патриотической оппозиции говорят просто другое – они формулируют и ставят цели следующего мирового шага развития и обсуждают, почему сегодняшняя власть отбирает у российского народа возможность реализовать этот шаг.

Постановка прорывных целей следующего шага мирового развития – это единственный язык, на котором можно разговаривать с молодым поколением, предлагая ему реальный конкретный рывок в безграничное будущее, выявляя те проблемы, которые сегодня стоят перед всем человечеством и в решении которых могут продвинуться именно сегодняшние молодые люди. Эти проблемы фундаментального научно-технологически-социокультурного развития не являются абстрактными, но предполагают достижение вполне конкретных политических решений – в частности создание патриотической оппозиции.

Собственно, принимая проблемы, которые могут продвинуть страну и мир, молодёжь может стать поколением и занять своё место по отношению к другим поколениям в поколенной чреде. В этом случае у молодёжи появляется масштаб действия в отличие от индивидуального собственного плана продвижения и карьеры. Если проблемы поставлены бескомпромиссно и правильно, то у молодёжи может появиться будущее, которое она ещё только должна будет отвоевать. Очень важно для постановки подобных целей соединить российскую молодёжь с американской патриотической молодёжью, борющейся за то, чтобы избрать Л. Ларуша в президенты. Американская молодёжь, группирующаяся вокруг Линдона Ларуша, уверена, что у всей сегодняшней американской молодёжи нет будущего. У значительной части российской молодёжи есть уверенность, что она может занять значимое место в бизнесе, то есть повторить опыт родителей сегодняшней американской молодёжи – поколения baby-boomers. Нам представляется, что можно было бы организовать постоянный диалог российской и американской молодёжи, создав «летучий» университет – кадровую школу имени Побиска Кузнецова – Линдона Ларуша, в котором можно было бы обсуждать прорывные цели построения новых инфраструктурных проектов в Евразии, а также отличие восприятия истории с позиций американской революции и русской традиционной системы власти. Одновременно можно выделить план общих целей для российской и американской молодёжи, состоящий в необходимости построить инфраструктурные проекты освоения Евразии на основе принципиально новых прорывных технологий.

В этом случае патриотическая оппозиция перестаёт восприниматься как действующая группа левого политического спектра – она предполагает рывок развития страны, опираясь на функции государства, она стремится восстановить в России традиционное государство, для неё принципиально важным является институт семьи. Более того, патриотическая оппозиция прекрасно различает социально-базовую структуру преобразования российской власти при опоре на национально укоренённый промышленный капитал, масштабные инфраструктурные проекты и религиозно-ценностное определение. Для патриотической оппозиции социально-ориентированное государство не противоречит идее православного царства, которое она собирается восстанавливать. С этой точки зрения, патриотическая оппозиция принадлежит правому спектру партий в будущем партийно-политическом пространстве России, тогда как СПС с их программой разрушения государственности являются левыми. Хотя подобные переобозначения политического пространства вызовут много недоумения и путаницы, на это необходимо идти, поскольку подобные изменения отвечают сути дела.

Важнейшим ближайшим шагом самоконституирования патриотической оппозиции является предложение действий для различных местных негосударственных организаций и общин, разнообразных предпринимательских групп, которые готовы взять под свой контроль и анализ местные ресурсы и в дальнейшем разрабатывать планы перевооружения инженерно-технических инфраструктур, перевооружение городов и посёлков, формирование бюджета самоуправления. В целом конструкция патриотической оппозиции выглядит следующим образом:

– опора на национально-укоренённый промышленный капитал – выдвижение программ перевооружения и развития полномасштабных производительных сил, включающих науку, промышленность, образование;

– предложение с позиций государства системы прорывных инфраструктурных наукоёмких проектов;

– формирование международного молодёжного движения;

– конституирование постоянно действующего форума негосударственных общественных организаций и общин, заинтересованных в развитии самоуправления в России.

Выстраивая подобным образом принцип действия патриотической оппозиции, мы совершенно иначе понимаем то, как должны быть устроены сценарии действия. Мы предлагаем различать три типа сценариев:

– сценарии-прогнозы по типу, что будет происходить, если мы ничего не будем делать (этим типом сценариев мы в своей работе заниматься не будем);

– каким может быть отклик на предлагающееся действие со стороны других действующих сил, определяющих взаимодействие на основе соучастия;

– что будет происходить с различными группами населения, если оно не будет изменять свои внутренние модели, в соответствии с которыми оно строит своё политическое поведение.

Система сценариев второго и третьего типа и образует для нас сценарную паноплию – сценарное всеоружие, определяющее стратегию действия.

 

Следующая глава

Предыдущая глава

Вернуться в оглавление