В первой четверти века возникли две альтернативные системы антропологических представлений: система представлений П.А.Флоренского и система Л.С.Выготского. Оба мыслителя, используя нетрадиционный междисциплинарный подход и уникальные методологии, попытались создать целостное знание о человеке. Эти системы являются нашим историческим наследием, анализ которого может задать начальную точку новой программы изучения человека. П.А.Флоренский и Л.С.Выготский задали две предельных точки анализа человека, форм организации сознания, заложив разные отечественные традиции изучения человека.

 

В силу социально-политических условий система Л.С.Выготского выросла затем в научную психологическую школу и породила наиболее сильные системы образовательной практики, в то время как система Флоренского, которая задумывалась как объективация православного учения о человеке, не была достроена до реализованного прикладного уровня. Тем не менее, обращаясь к трудам этих авторов, мы явно просматриваем в них антропологическую альтернативу.

Эта альтернативность тем более бросается в глаза, что многие из важнейших понятий и вопросов у этих авторов совпадают: связь мысли и слова; культура, знак и символ; орудие, действие, цель и деятельность; сознание. Однако постановка и решение этих вопросов происходит в разной перспективе, поскольку они находятся в разных системах представлений о человеке. Но все же, почему такое поразительное совпадение понятий и проблематики?

Система взглядов на человека Л.С.Выготского, в соответствии с которой предельным уровнем его определения является культура, существующая в истории, породила лучшее в советском образовании (т.е. реальной антропологической практике) - систему развивающего обучения В.В.Давыдова.

 

Однако не менее очевиден и глубокий недостаток данной системы. В ней человек оказался отрезанным от религиозно-мистического измерения его сознания и благодатного источника развития его личности. Возможность иного видения человека содержалась в системе представлений П.А.Флоренского.

Пытаясь в целом охарактеризовать смещение в понимании назначения человека, произошедшее при переходе от программы П.А.Флоренского, гораздо более традиционной для России начала века, к программе более революционной - Л.С.Выготского, мы скажем, что произошло смещение в понимании основной задачи человеческой жизни и развития человеческой личности: от задачи спасения души к задаче превращения человека в субъекта культурно-исторической деятельности.

 

В начале XXI века имеет смысл вновь проанализировать альтернативу этих двух программ и ответить на вопрос - находятся ли данные программы в антагонизме или они взаимодополняемы? Возможно ли перейти к построению антропологических практик (прежде всего образования) на основе возможностей, таящихся в программе П.А.Флоренского?